Во вступлении автор вспоминает музыканта Навадагу, когда-то в
старинные времена певшего песнь о Гайавате: «О его рожденье дивном, / О
его великой жизни: / Как постился и молился, / Как трудился Гайавата, /
Чтоб народ его был счастлив, / Чтоб он шел к добру и правде».
Верховное божество индейцев, Гитчи Манито — Владыка Жизни, —
«сотворивший все народы», начертавший пальцем русла рек по долинам,
слепил из глины трубку и закурил её. Увидев поднимавшийся к небу дым
Трубки Мира, собрались вожди всех племен: «Шли Чоктосы и Команчи, / Шли
Шошоны и Омоги, / Шли Гуроны и Мэндэны, / Делавэры и Могоки, /
Черноногие и Поны, / Оджибвеи и Дакоты».
Гитчи Манито призывает враждующие племена примириться и жить,
«как братья», и предрекает появление пророка, который укажет им путь к
спасению. Повинуясь Владыке Жизни, индейцы погружаются в воды реки,
смывают боевые краски, закуривают трубки и пускаются в обратный путь.
Победив огромного медведя Мише-Мокву, Мэджекивис становится
Властелином Западного Ветра, другие же ветра отдает детям: Восточный —
Вебону, Южный — Шавондази, Северный — злому Кабибонокке.
«В незапамятные годы, / В незапамятное время» прямо с месяца
упала на цветущую долину прекрасная Нокомис, дочь ночных светил. Там, в
долине, Нокомис родила дочь и назвала её Веноной. Когда дочь выросла,
Нокомис не раз предостерегала её от чар Мэджекивиса, но Венона не
послушалась матери. «И родился сын печали, / Нежной страсти и печали, /
Дивной тайны — Гайавата».
Коварный Мэджекивис вскоре оставил Венону, и та умерла от горя.
Гайавату вырастила и воспитала бабка. Став взрослым, Гайавата надевает
волшебные мокасины, берет волшебные рукавицы, отправляется на поиски
отца, горя желанием отомстить ему за гибель матери. Гайавата начинает
бой с Мэджекивисом и вынуждает его отступать. После трехдневного
сражения отец просит Гайавату прекратить бой. Мэджекивис бессмертен, его
нельзя одолеть. Он призывает сына вернуться к своему народу, расчистить
реки, сделать землю плодоносной, умертвить чудовищ и обещает сделать
его после смерти владыкой Северо-Западного ветра.
В лесной глуши Гайавата постится семь ночей и дней. Он
обращается к Гитчи Манито с молитвами о благе и счастье всех племен и
народов, и как бы в ответ у его вигвама появляется юноша Мондамин, с
золотистыми кудрями и в зелено-желтых одеждах. Три дня Гайавата борется
с.посланником Владыки Жизни. На третий день он побеждает Мондамина,
хоронит его и затем не перестает навещать его могилу. Над могилой один
за другим вырастают зеленые стебли, это иное воплощение Мондамина —
кукуруза, пища, посланная людям Гитчи Манито.
Гайавата строит пирогу из березовой коры, скрепляя её корнями
тэмрака — лиственницы, делая раму из ветвей кедра, разукрашивает иглами
ежа, окрашивает соком ягод. Затем вместе со своим другом силачом
Квазиндом Гайавата поплыл по реке Таквамино и очистил её от коряг и
мелей. В заливе Гитчи-Гюми Гайавата трижды забрасывает удочку, чтобы
поймать Великого Осетра — Мише-Наму. Мише-Нама проглатывает пирогу
вместе с Гайаватой, и тот, находясь в чреве рыбы, изо всех сил
стискивает сердце огромного царя рыб, пока тот не погибает. Затем
Гайавата побеждает злого волшебника Меджисогвона — Жемчужное Перо,
которого охраняют страшные змеи.
Гайавата находит себе жену, прекрасную Миннегагу из племени
дакотов. На свадебном пиру в честь жениха и невесты танцует красавец и
насмешник По-Пок-Кивис, музыкант Чайбайабос поет нежную песню, а старый
Ягу рассказывает удивительную легенду о волшебнике Оссэо, сошедшем с
Вечерней Звезды.
Чтобы уберечь посевы от порчи, Гайавата велит Миннегаге во мраке
ночи обойти поля обнаженной, и она послушно, «без смущенья и без
страха» повинуется. Гаиавата же ловит Царя-Ворона, Кагаги, осмелившегося
привести стаю птиц на посевы, и для острастки привязывает его на кровле
своего вигвама.
Гайавата придумывает письмена, «чтоб грядущим поколеньям / Было
можно различать их».
Страшась благородных стремлений Гайаваты, злые духи заключают
против него союз и топят в водах Гитаи-Гюми его ближайшего друга
музыканта Чайбайабоса. Гайавата от горя заболевает, и его исцеляют с
помощью заклинаний и магических плясок.
Дерзкий красавец По-Пок-Кивис учит мужчин своего племени играть в
кости и безжалостно их обыгрывает. Затем, раззадорившись и зная к тому
же, что Гайавата отсутствует, По-Пок-Кивис разоряет его вигвам.
Вернувшись домой, Гайавата пускается в погоню за По-Пок-Кивисом. а тот,
убегая, оказывается на бобровом плотине и просит бобров превратить его в
одного из них, только больше и выше всех остальных. Бобры соглашаются и
даже избирают его своим вождем. Тут на плотине появляется Гаиавата.
Вода прорывает плотину, и бобры поспешно скрываются. По-Пок-Кивис же не
может последовать за ними из-за своих размеров. Но Гайавате удается лишь
поймать его, но не убить. Дух По-Пок-Кивиса ускользает и вновь
принимает облик человека. Убегая от Гайаваты, По-Пок-Кивис превращается в
казарку, только больше и сильнее, чем все остальные. Это и губит его —
он не справляется с ветром и падает на землю, но снова бежит, и Гайавате
удается справиться со своим врагом, только призвав на помощь молнию и
гром. Гайавата лишается еще одного своего друга — силача Квазинда,
которого погубили пигмеи, попавшие ему в темя «голубой еловой шишкой», в
то время как он плыл в пироге по реке. Наступает суровая зима, и в
вигваме Гайаваты появляются призраки — две женщины. Они мрачно сидят в
углу вигвама, не говоря ни слова, лишь хватают лучшие куски пиши. Так
проходит много дней, и вот однажды Гайавата просыпается среди ночи от их
вздохов и плача. Женщины рассказывают, что они — души мертвых и явились
с островов Загробной Жизни, чтобы наставить живущих: не нужно мучить
умерших бесплодной скорбью и призывами вернуться назад, не нужно класть в
могилы ни мехов, ни украшений, ни глиняных чаш — только немного пищи и
огня в дорогу. Четыре дня, пока душа добирается до страны Загробной
Жизни, надо жечь костры, освещая ей путь. Затем призраки прощаются с
Гайаватой и исчезают. В селеньях индейцев начинается голод. Гайавата
отправляется на охоту, но безуспешно, а Миннегага слабеет день ото дня и
умирает. Гайавата, исполненный скорби, хоронит жену и четыре ночи жжет
погребальный костер. Прощаясь с Миннегагой, Гайавата обещает скоро
встретиться с ней «в царстве светлого Понима, / Бесконечной, вечной
жизни». В селенье возвращается из далекого похода Ягу и рассказывает,
что видел Большое Море и крылатую пирогу «больше целой рощи сосен». В
этой лодке Ягу видел сто воинов, лица которых были выкрашены белой
краской, а подбородки покрыты волосами. Индейцы смеются, считая рассказ
Ягу очередной небылицей. Не смеется только Гайавата. Он сообщает, что
ему было видение — крылатый челн и бородатые бледнолицые чужеземцы. Их
следует встретить с лаской и приветом — так велел Гитчи Манито. Гайавата
рассказывает, что Владыка Жизни открыл ему будущее: он видел «густые
рати» народов, переселяющихся на Запад. «Разны были их наречья, / Но
одно в них билось сердце, / И кипела неустанно / Их веселая работа: /
Топоры в лесах звенели, / Города в лугах дымились, / На реках и на
озерах / Плыли с молнией и громом / Окрыленные пироги». Но открывшееся
Гайавате будущее не всегда лучезарно: он видит и индейские племена,
гибнущие в борьбе друг с другом. Гайавата, а за ним и остальные индейцы,
приветливо встречают приплывших на лодке бледнолицых и приобщаются к
истинам, которые провозглашает наставник бледнолицых, «их пророк в
одежде черной», — к началам христианской религии, рассказам «о Святой
Марии-Деве, / О её предвечном Сыне». Гости Гайаваты засыпают в его
вигваме, истомленные жарою, а сам он, простившись с Нокомис и со своим
народом и завещая внимать мудрым наставлениям присланных из царства
света гостей, уплывает в своей пироге на Закат, в Страну Понима, «к
Островам Блаженных — в царство / Бесконечной, вечной жизни!»
/ Краткие содержания / Логфелло Г. / Песня о Гайвате |
