Статистика
Онлайн всего: 9 Гостей: 9 Пользователей: 0
|
Краткие содержания произведений. Підручники, посібники.
Еврипид / Ифигения в Авлиде
Начиналась Троянская война. Троянский царевич Парис обольстил и
похитил Елену, жену спартанского царя Менелая. Греки собрались на них
огромным войском, во главе его встал аргосский царь Агамемнон, брат
Менелая и муж Клитемнестры — сестры Елены. Войско стояло в Авлиде — на
греческом берегу, обращенном к Трое. Но отплыть оно не могло — богиня
этих мест Артемида, охотница и покровительница рожениц, наслала на
греков безветрие или даже противные ветры.
Почему Артемида это сделала — рассказывали по-разному. Может
быть, она просто хотела защитить Трою, которой покровительствовал ее
брат Аполлон. Может быть, Агамемнон, на досуге развлекаясь охотою, одной
стрелою поразил лань и не в меру гордо воскликнул, что сама Артемида не
ударила бы метче, — а это было оскорблением богине. А может быть,
случилось знаменье: два орла схватили и растерзали беременную зайчиху, и
гадатель сказал: это значит — два царя возьмут Трою, полную сокровищ,
но им не миновать гнева Артемиды, покровительницы беременных и рожениц.
Артемиду нужно умилостивить.
Как умилостивить Артемиду — об этом рассказ был только один.
Гадатель сказал: богиня требует себе человеческой жертвы — пусть на
алтаре будет зарезана родная дочь Агамемнона и Клитемнестры, красавица
Ифигения. Человеческие жертвы в Греции давно уже были не в обычае; а
такая жертва, чтобы отец принес в жертву дочь, была делом совсем
неслыханным. И все-таки жертву принесли. За Ифигенией послали гонцов:
пусть ее привезут в греческий стан, царь Агамемнон хочет выдать ее замуж
за лучшего греческого героя — Ахилла. Ифигению привезли, но вместо
свадьбы ее ждала смерть: ее связали, завязали ей рот, чтобы крики ее не
мешали обряду, понесли к алтарю, жрец занес над нею нож… Но здесь богиня
Артемида смилостивилась: она окутала алтарь облаком, бросила под нож
жреца вместо девушки жертвенную лань, а Ифигению унесла по воздуху на
край земли, в Тавриду, и сделала там своей жрицей. О судьбе Ифигении в
Тавриде Еврипид написал другую трагедию. Но никто из греков не
догадывался о случившемся: все были уверены, что Ифигения пала на
алтаре. И мать Ифигении, Клитемнестра, затаила за это смертную ненависть
к Агамемнону, своему мужу-детоубийце. Сколько страшных дел последовало
за этим, покажет потом Эсхил в своей «Орестее».
Вот об этом жертвоприношении Ифигении и написал свою трагедию
Еврипид. В ней три героя: сперва Агамемнон, потом Клитемнестра и,
наконец, сама Ифигения. Начинается действие разговором Агамемнона со
своим верным стариком рабом. Ночь, тишь, безветрие, но в сердце
Агамемнона нет покоя. Хорошо рабу: его дело — послушание; тяжело царю:
его дело — решение. В нем борются долг вождя: повести войско к победе — и
чувство отца: спасти свою дочь. Сперва долг вождя пересилил:
он послал в Аргос приказ привезти Ифигению в Авлиду — будто бы
для свадьбы с Ахиллом. Теперь пересилило чувство отца: вот письмо с
отменой этого приказа, пусть старик как можно скорее доставит его в
Аргос к Клитемнестре, а если мать с дочерью уже выехали, пусть остановит
их в дороге и вернет назад. Старик уходит в путь, Агамемнон — в свой
шатер; всходит солнце. Появляется хор местных женщин: они, конечно, ни о
чем не знают и в долгой песне искренне прославляют великий задуманный
поход, перечисляя вождя за вождем и корабль за кораблем.
Песня хора обрывается неожиданным шумом. Раб-старик недалеко
ушел: при выходе из лагеря его встретил тот, кому эта война нужнее и
дороже всего, — царь Менелай; недолго думая, он отнял тайное письмо,
прочитал его и теперь осыпает Агамемнона укорами: как, он изменил себе и
войску, он приносит общее дело в угоду своим семейным делам — хочет
сохранить дочь? Агамемнон вспыхивает: не Менелай ли затеял все это общее
дело в угоду собственным семейным делам — чтобы вернуть жену?
«Тщеславец! — кричит Менелай, — ты домогся командования и слишком много
берешь на себя!» «Безумец! — кричит Агамемнон, — много я беру на себя,
но греха на душу не возьму!» И тут — новая пугающая весть: пока братья
спорили, никем не предупрежденная Клитемнестра с Ифигенией уже подъехала
к лагерю, войско уже знает об этом и шумит о царевниной свадьбе.
Агамемнон поникает: он видит, что одному против всех ему не выстоять. И
Менелай поникает: он понимает, что конечный виновник гибели Ифигении —
все-таки он. Хор поет песню с любви доброй и недоброй: недоброй была
любовь Елены, вызвавшая эту войну.
Въезжают Клитемнестра и Ифигения, сходят с колесницы; почему так
печально встречает их Агамемнон? «Царские заботы!» Точно ЛИ Ифигению
ожидает свадьба? «Да, ее поведут к алтарю». А где же свадебная жертва
богам? «Ее я и готовлю». Агамемнон уговаривает Клитемнестру оставить
дочь и вернуться в Аргос. «Нет, никогда: я — мать, и на свадьбе я —
хозяйка». Клитемнестра входит в шатер, Агамемнон идет в лагерь; хор,
понимая, что жертвы и войны не миновать, заглушает печаль песней о
грядущем падении Трои.
За всем этим остался забыт еще один участник действия — Ахилл.
Его именем воспользовались для обмана, не сказавши ему. Сейчас он как ни
в чем не бывало подходит к шатру Агамемнона:
долго ли ждать похода, воины ропщут! Навстречу ему выходит
Клитемнестра и приветствует его как будущего зятя. Ахилл в недоумении,
Клитемнестра — тоже; нет ли здесь обмана? И старик раб раскрывает им
обман: и умысел против Ифигении, и мучения Агамемнона, и его
перехваченное письмо. Клитемнестра в отчаянии: она с дочерью в ловушке,
все войско будет против них, одна надежда — на Ахилла, ведь он обманут
так же, как они! «Да, — отвечает Ахилл, — я не потерплю, чтобы царь
играл моим именем, как разбойник топором; я воин, я повинуюсь начальнику
на благо дела, но отказываюсь от повиновения во имя зла; кто тронет
Ифигению, будет иметь дело со мной!» Хор поет песню в честь Ахилла,
поминает счастливую свадьбу его отца с морской богиней Фетидой — такую
непохожую на нынешнюю кровавую свадьбу Ифигении.
Ахилл ушел к своим воинам; вместо него возвращается Агамемнон:
«Алтарь готов, пора для жертвоприношенья» — и видит, что его жена и дочь
уже все знают. «Ты готовишь в жертву дочь? — спрашивает Клитемнестра. —
Ты будешь молиться о счастливом пути? и о счастливом возврате? ко мне, у
которой ты отнимаешь невинную дочь за распутницу Елену? к ее сестрам и
брату, которые будут шарахаться от твоих кровавых рук? и даже не
побоишься правой мести?» — «Пожалей, отец, — заклинает Ифигения, — жить
так радостно, а умирать так страшно!» — «Что страшно и что не страшно, я
знаю сам, — отвечает Агамемнон, — но вот в оружии стоит вся Греция,
чтобы чужеземцы не позорили ее жен, и для нее мне не жаль ни своей
крови, ни твоей». Он поворачивается и уходит; Ифигения жалобной песней
оплакивает свою судьбу, но слова отца запали ей в душу.
Возвращается Ахилл: воины уже знают все, весь лагерь кипит и
требует царевну в жертву, но он, Ахилл, будет ее защищать хотя бы один
против всех. «Не нужно! — выпрямляется вдруг Ифигения. — Не обнажайте
мечей Друг на друга — сберегите их против чужеземцев. Если речь идет о
судьбе и чести всей Греции — пусть я буду ее спасительницей! Правда
сильнее смерти — я умру за правду; а мужи и жены Греции почтят меня
славой». Ахилл в восхищении, Клитемнестра в отчаянии, Ифигения запевает
ликующую песнь во славу кровожадной Артемиды и под эти звуки идет на
смерть.
Здесь обрывается трагедия Еврипида. Дальше следовала концовка — в
вышине появлялась Артемида и возвещала страждущей Клитемнестре, что
дочь ее будет спасена, а под ножом погибнет лань. Потом приходил вестник
и рассказывал Клитемнестре, что он видел, когда совершалось
жертвоприношение: чин обряда, муки Агамемнона, последние слова Ифигении,
удар жреца, облако над алтарем и ветер, вздувший наконец паруса
греческих кораблей. Но эта концовка сохранилась только в поздней
переделке; как откликалась на это Клитемнестра, как зарождалась в ее
сердце роковая мысль о мести мужу, мы не знаем. |
| Категория: Е | Добавил: freelib (16.03.2010)
|
| Просмотров: 139
| Рейтинг: 0.0/0 |
|
