Норвегия конца X в. Ярл Хакон, подчинивший себе страну, мечтает о королевском сане: из ярла — свободного и видного военачальника он хочет превратиться в короля, чья власть освящена династической традицией и народной привычкой, то есть бесспорна. Но на пути у ярла — Олаф, правнук первого короля и объединителя Норвегии Харальда Прекрасноволосого. И хотя Олаф живет далеко — он правит завоеванной викингами Ирландией, — покуда он жив, власть Хакона под угрозой: это понимают и стар и млад, все норвежцы.

Хакон уже заказал себе корону. Правда, во время примерки она оказывается велика и буквально «застит» ему глаза — кузнец Бергтор изготовил её по образцу королевского венца Харальда Прекрасноволосого и менять размеры не собирается: пусть претендент дорастет до короны, иначе носить её он имеет право не больше, чем кривляка-раб Гриб, успевший примерить корону до Хакона и произнесший при этом весьма удачную тронную речь.

Случай заставляет Хакона действовать. Он узнает, что Олаф — в Норвегии, правитель Ирландии зашел на родину с небольшой дружиной. Он направляется в Гардарике (Русь), куда спешит к сыну умершего князя Вальдемара (Владимира), чтобы помочь ему утвердиться на княжестве. Хакон действует тонко и осторожно: он посылает к Олафу небольшое посольство — молодых двоюродных братьев его и своего ближайшего помощника купца Клаке. Последний, улавливая невысказанное желание господина, провоцирует Олафа — в Норвегии неспокойно, народ Хаконом недоволен и в любую минуту готов восстать. Достойный потомок своих славных предков, Олаф мог бы вернуть себе корону Норвегии.

Ранее не помышлявший о смуте, Олаф дает склонить себя на выступление против Хакона. Окончательно укрепляет его в решении призыв священника Тагенбранда (Олаф повсюду возит с собой команду монахов) — крестить Норвегию, а за ней и весь Север!

Как всегда, Хакон действует быстро и энергично и очень скоро высаживается на острове, где стоит с частью дружины Олаф. Как и он, ярл связывает свое стремление к власти с идеологическими мотивами — защитой языческой веры предков от наступающего на Север христианства.

Происходит неожиданное, но логичное — к Олафу с повинной являются его двоюродные братья, они сообщают: их обман обернулся правдой, страна восстала. С самого начала, добившись власти, ярл Хакон правил разумно и справедливо, но со временем в нем все больше побеждал тиран, и творимый им произвол и бесцеремонное женолюбие довели подданных до отчаяния. Последней каплей стало похищение приглянувшейся ярлу дочери кузнеца (того самого, что сковал ему корону) прямо с её свадебного пира. Если люди узнают, что Олаф прибыл в страну, они, несомненно, примкнут к нему. Поэтому вряд ли Хакон выступит против Олафа открыто, он приготовил ему западню: купец Клаке обещал ярлу заманить Олафа в лес, лишить его жизни, а потом тайно пронести в лесную избушку к Хакону корзину с отрубленной головой короля. К счастью, план Клаке выдал братьям сметливый раб купца Гриб, а они, служившие ранее властителю Норвегии верой и правдой, возмущены таким вероломством и больше ярлу не верят. И просят Олафа наказать их за попытку выведать его планы, а также за то, что, солгав, они сказали ему чистую правду!

С истинно королевским великодушием Олаф прощает братьев. Планы Клаке разрушены, а он сам убит рабом Грибом, за что Олаф награждает того свободой и новым именем Гриф. Закутавшись в плащ и надвинув на глаза шляпу, Олаф является в избушку с корзиной (от предложения Грифа положить в нее отрубленную голову его бывшего хозяина благородный король-христианин отказывается), Притворившись рабом-убийцей, Олаф спрашивает у Хакона, не хочет ли ярл взглянуть на голову своего врага? Тот отказывается и велит поскорее зарыть её в землю. Раб настаивает. Он расхваливает голову («она совсем как живая» ) и упрекает ярла в трусости («он боится бессильной, снесенной с плеч головы?»). Для удобства, заявляет он далее, он принес голову на своих плечах — Олаф распахивает плащ и снимает шляпу. Сопротивление Хакона бесполезно, избушка окружена, но благородный король не хочет использовать слишком очевидное преимущество. Он предлагает Хакону выбор: или полное подчинение, или гибель в следующей битве, если им доведется сойтись еще раз.

Хакон выбирает второе. В день решающей битвы неподалеку от Тронхейма вестник сообщает ему о гибели старшего сына — его зарубил Олаф, по ошибке приняв сына за отца. Хакон потрясен известием. Что означает гибель любимого сына? Слабость и упадок богов (в их противостоянии с Христом) или же наказание Хакона за недостаток веры? Ярл просит богов войны простить его, и как раз в этот момент ему приносят отбитый у дружины Олафа золотой рог с выбитыми на нем рунами: «Если согрешил ты, / Счастье отвернулось — / Лучшее пожертвуй / А сам всемогущим». Лучшее, что осталось у Хакона, — его второй малолетний сын Эрлинг. Его он и приносит в жертву, узнав о которой Хакона покидает даже самый верный и доблестный из его воинов Эйнар.

Одолеваем сомнениями и победоносный Олаф. В ночь перед битвой он беседует в лесу с посетившим его одноглазым старцем Ауденом. Старец защищает язычество. Христианство, возможно, и хорошо для изнеженного и изобильного Юга, который освобождает от борьбы за существование и поощряет искусства. Но на суровом Севере язычество необходимо, оно воспитывает мужество, честь и деятельное начало. Олаф не принимает учения Аудена, но относится к его словам с уважением: по загадкам в его речи он узнает в старце верховного бога скандинавов Одина (Ауден — форма этого имени), хоть священник Тагенбранд и уверяет его, что Ауден — всего лишь подосланный к ним Хаконом языческий жрец. Что же до связи язычества с природой Севера, продолжает священник, то и это не так. Вера в Одина пришла в эти края с Востока.

Войско ярла Хакона разбито, но он не погибает в сражении. Убив коня и оставив на поле битвы забрызганную кровью одежду, он прячется у бывшей наложницы Торы. Хакон виноват перед ней вдвойне: в свое время он бросил её, прельстившись дочерью кузнеца, теперь же вдобавок убил в сражении двух её братьев (они хотели отомстить ему за позор сестры). И все-таки Тора прощает Хакона — она жалеет его: перед ней тень прежнего ярла, и, откажи она ему в помощи, ему останется только броситься грудью на меч. Ярл идет за Торой в приготовленное ему убежище, и ему самому кажется, что это его призрак следует за царицей подземного царства Хель в её владения.

Ярл сидит в подполе со своим слугой — рабом Каркером. Сверху доносятся крики людей, разыскивающих Хакона. Ярл изможден, но боится заснуть: раб вполне может выдать своего господина или же зарезать его. Раб рассказывает Хакону свой последний сон (а снам в древней Скандинавии приписывалось иногда даже большее значение, чем реальности): он и ярл плывут в лодке, которой управляет Каркер. Хакон толкует сон: Каркер правит судьбой ярла. Затем в сновидении из скалы «вырастает черный муж», он извещает гребцов, что для них «закрыты все заливы». Вердикт Хакона — жить им обоим недолго, Ярл забывается в дремоте, и раб крадется к нему. Неожиданно, вспомнив о своей страшной жертве, ярл просыпается, вскакивает с места и, не в силах переносить мучения дольше, вкладывает нож в руку Каркера, а тот убивает его.

Раб выходит к разыскивающим ярла людям: найти Хакона необходимо — он может вызвать в стране дальнейшую смуту. Но убийца не получает обещанной награды. Олаф приказывает повесить его. Тело Хакона отдают Торе. В подземелье она говорит над его гробом последнее слово: «Мощная душа / В стремленье к благу стала жертвой рока / И заблуждений времени».